Гневный взгляд сквозь прищуренные глаза — так Леонид Слуцкий, рулевой “Шанхай Шэньхуа”, встречает стаю журналистов в Дубае. Турнир с “Динамо” стал ареной не только футбольных баталий, но и скрытого противостояния: “Они меня ненавидят, и это взаимно”, — признается тренер в подкасте “За деньги”.
Завязка драмы разворачивается на фоне арабского солнца. “Динамо” привозит целую свиту репортеров, а Слуцкий чувствует их враждебность. Почему? За семь-восемь лет ни одного большого интервью в гигантах вроде “Чемпионата” или “Спорт-Экспресса”. Тренер выбирает подкасты — “Это футбол, брат!” или подобные платформы, где можно говорить свободно, как комик Гарик Харламов. “Мне не нужно их внимание, я сам скажу, что хочу”, — рубит он.
Напряжение нарастает: журналисты обязаны охотиться за цитатами от звезд вроде Дзюбы или Слуцкого, но тренер видит в этом конфликт интересов. Вспомним историю — подобные разлады не новы. Вспыхивали они у Моуринью с британской прессой, где взаимные уколы превращались в медийные войны. Слуцкий, с его аналитическим умом, выстроил тактику回避: обходить большие СМИ, как защитник обходит нападающего.
Кульминация — откровение: конфликт “заложен” системой. Это не личное, а структурное. В итоге, слова Слуцкого эхом разлетаются, подчеркивая сдвиг в спортивной журналистике — от газет к подкастам. Для “Шанхай Шэньхуа” это может означать меньше шума, больше фокуса на игре. А прогноз? Если тренеры последуют примеру, большие издания рискуют утратить голоса легенд.